В тихом омуте

Когда молчание порою громче крика,
И лёд сухой сжигает, как огонь.
Сложу ладони вместе перед светлым ликом.
Я научила жить себя сама с собой.

Когда по омутам кидает с страшной силой,
Не верь, не бойся, даже не проси.
Принять саму себя, когда так крыло.
Теперь дыши, забудь и отпусти.

Молчать не сложно вовсе, точно знаю.
Понять, принять сложнее, а потом сломать,
Разбить надежды, обломать все крылья.
И вновь себя заставить полюбить летать.

Не верю больше в лестные улыбки,
Когда в лицо одно, а в спину нож.
Когда минор на нервах сыгран, как на скрипке.
Закрою сердце, боле ты его не трожь.

Не верю больше я глазам-колодцам.
Которые манили недоступным блеском,
Об лёд которых было можно исколоться.
Над глубиной их пропасти ходила, как по леске.

Теперь я знаю, что нараспашку душу
Нельзя держать и быть открытой книгой.
Как громко ни кричи, не буду слушать.
Главу той старой жизни я объявлю закрытой.

Непоколебима гладь душевной боли.
Теперь я знаю, как в народе молвится.
Недаром говорят о неких людях,
Что в тихом омуте черти топятся.

А. Арзамасова