בְּרֵאשִׁית בָּרָא אֱלֹהִים
אֵת הַשָּׁמַיִם וְאֵת הָאָרֶץ
С давних лет изливались стихи
Гласом истин в чертогах сердец.

Им внимали, и строили жизнь,
Повторяя на всех языках;
Отделяли свет правды от лжи,
Рай ища где-то там в облаках.

Эти строки в пергамент вросли,
И папирус их оттиск терпел,
На страницах их книги несли
Сквозь века, где глас смерти звенел.

Их читали средь разных краёв,
Осмысляя, сколь разум давал;
Каждый видел там что-то своё:
Кто-то взлёт, кто - душевный провал.

Это храм, там где выход один,
Но путей от порога не счесть.
И в тупик может всякий зайти,
В ком своё разумение есть.

Часто шаток его пьедестал,
Основания камни трещат,
Слишком долго здесь спор нарастал,
Кто же грешен, а кто больше свят.

«Древних свитков изложена суть -
Говорят - не для наших врёмен,
Нужно лишнее перечеркнуть,
И отладить небесный закон.»

Иль мечтают совсем отменить
Те писанья, за давностью лет,
Ведь по-новому начали жить,
Ни к чему тех историй нам след.

Любят часто в Творцов поиграть
Люди, дланью схватившись за власть,
Не желая ту истину знать,
Что в конце можно сильно упасть.

Ведь не зря завещал нам Господь,
Когда жизнь начинала свой бег,
Что без духа мертва будет плоть,
Кто есть Бог, ну а кто человек.











בְּרֵאשִׁית בָּרָא אֱלֹהִים
אֵת הַשָּׁמַיִם וְאֵת הָאָרֶץ
Берешит бара Элохим
эт хашамаим ве'эт ха'арец.
Вначале сотворил Бог небо и землю.

Под гнётом наглых оккупантов
Страдает ближний нам Восток,
С тех пор, как изменили карту,
Вражды вжививши здесь росток.

Горят огни над Палестиной,
Десятки лет как рухнул мир,
Когда Израиль пришлой силой,
Стал козырем имперских игр.

Вонзён иглой в арабском сердце,
Пускает кровь исламских стран,
Рассвирепевшим иноверцем,
Пришел со скверной в тихий храм.
Пируют черти повсеместно,
Гонимый чествуя народ,
А хрупкий мост назад уж треснул,
И кровь детей из трещин льёт.

Вам, современные иуды,
Сбежавшимся на крик убийц,
Что Газу превратили в груды,
Не отбелить не рук, не лиц.

Вы Родины не знали раньше,
И нет у вас её теперь,
Вас ожидает ад лишь дальше,
В котором вам открыта дверь.

На смерти жизни не построить,
Невинных гибель не забыть,
Пора ту истину усвоить,
И судный день остановить.

Свободным станет как и прежде,
Над Палестиной свет зари,
И не порвутся нить надежды,
Оковы веры, цепь любви.

Иерусалим, небесный город,
Хранит покой пусть здешних мест,
И чтоб не случались споры,
Прав полумесяц или крест?